Неточные совпадения
Заметив и сам, что находился не в надежном состоянии, он
стал наконец отпрашиваться домой, но таким
ленивым и вялым голосом, как будто бы, по русскому выражению, натаскивал клещами на лошадь хомут.
Но если она заглушала даже всякий лукавый и льстивый шепот сердца, то не могла совладеть с грезами воображения: часто перед глазами ее, против ее власти,
становился и сиял образ этой другой любви; все обольстительнее, обольстительнее росла мечта роскошного счастья, не с Обломовым, не в
ленивой дремоте, а на широкой арене всесторонней жизни, со всей ее глубиной, со всеми прелестями и скорбями — счастья с Штольцем…
Она
ленивее стала искать и точно с недоумением или укоризною оглядывалась на охотников.
«Идиоты!» — думал Клим. Ему вспоминались безмолвные слезы бабушки пред развалинами ее дома, вспоминались уличные сцены, драки мастеровых, буйства пьяных мужиков у дверей базарных трактиров на городской площади против гимназии и снова слезы бабушки, сердито-насмешливые словечки Варавки о народе, пьяном, хитром и
ленивом. Казалось даже, что после истории с Маргаритой все люди
стали хуже: и богомольный, благообразный старик дворник Степан, и молчаливая, толстая Феня, неутомимо пожиравшая все сладкое.
В ней не осталось почти ничего, что напоминало бы девушку, какой она была два года тому назад, — девушку, которая так бережно и гордо несла по земле свою красоту. Красота
стала пышнее, ослепительней, движения Алины приобрели
ленивую грацию, и было сразу понятно — эта женщина знает: все, что бы она ни сделала, — будет красиво. В сиреневом шелке подкладки рукавов блестела кожа ее холеных рук и, несмотря на лень ее движений, чувствовалась в них размашистая дерзость. Карие глаза улыбались тоже дерзко.
Но на седьмом году правления Фердыщенку смутил бес. Этот добродушный и несколько
ленивый правитель вдруг сделался деятелен и настойчив до крайности: скинул замасленный халат и
стал ходить по городу в вицмундире. Начал требовать, чтоб обыватели по сторонам не зевали, а смотрели в оба, и к довершению всего устроил такую кутерьму, которая могла бы очень дурно для него кончиться, если б, в минуту крайнего раздражения глуповцев, их не осенила мысль: «А ну как, братцы, нас за это не похвалят!»
Говор приметно
становился реже и глуше, и усталые языки перекупок, мужиков и цыган
ленивее и медленнее поворачивались.
Но впоследствии, обкормившись обильными взятками, она
стала походить на сытого удава, поневоле сонного и
ленивого.
— Что же тут… ах, да! понимаю! «Остальное складывают в общую массу»…
стало быть, и
ленивый, и ретивый… да! это так! ведь это почти что «droit au travail». [право на труд (франц.)]
— Привык — ничего теперь!.. Народ только нынче ужасно балованный и
ленивый стал. Я ведь, изволите знать, не то что человек бранчивый, а лето-то-летенское что у меня с ними греха бывает — и не замолишь, кажется, никогда этого перед богом.
Все жиже
становится красная гуща врагов, все
ленивее смыкается за кучкой героев.
Адом
стал этот дом и эта жизнь для толстого и
ленивого Стекльштрома.
Лишенный книг, я
стал вялым,
ленивым, меня начала одолевать незнакомая мне раньше болезненная забывчивость.
— Я говорил вам, что вы ошибаетесь, — вмешался молодой человек с
ленивым лицом. — Но, — прибавил он, обращаясь ко мне, — действительно, мы
стали ломать голову, как может кто-нибудь оставаться так погруженно-неподвижен среди трескучей карусели толпы.
Где-то близко рассыпался сухой, досадный треск,
стало слышно тяжёлое и
ленивое шарканье ног по земле и старческий голос, бормотавший...
— Позвал я тебя не за одним этим… Нет!.. Поучить тебя надо… Надо объяснить тебе, — почему ты
стал мне вреден? Худа ты мне не сделал, — паренёк грамотный, не
ленивый… честный и здоровый… Всё это — козыри. Но и с козырями ты мне не нужен… Не ко двору… Почему, — вопрос?..
Вместе с прогрессивным увеличением объема тела жена его впала в
ленивую апатию, манкировала знакомствами в Одессе, где они прожили до прошлого года, и, видимо, сознавая свое увеличивающееся безобразие,
стала, в довершение всего, безумно ревновать его без всякого повода и причины.
Лучшим и роскошнейшим блюдом был жареный павлин; им и начался обед; потом
стали подавать лапшу с курицею,
ленивые щи, разные похлебки, пирог с бараниной, курник, подсыпанный яйцами, сырники и различные жаркие.
В стране, где долго, долго брани
Ужасный гул не умолкал,
Где повелительные грани
Стамбулу русский указал,
Где старый наш орел двуглавый
Еще шумит минувшей славой,
Встречал я посреди степей
Над рубежами древних
становТелеги мирные цыганов,
Смиренной вольности детей.
За их
ленивыми толпами
В пустынях часто я бродил,
Простую пищу их делил
И засыпал пред их огнями.
В походах медленных любил
Их песен радостные гулы —
И долго милой Мариулы
Я имя нежное твердил.
Еще мальчишкой Туба, работая на винограднике, брошенном уступами по склону горы, укрепленном стенками серого камня, среди лапчатых фиг и олив, с их выкованными листьями, в темной зелени апельсинов и запутанных ветвях гранат, на ярком солнце, на горячей земле, в запахе цветов, — еще тогда он смотрел, раздувая ноздри, в синее око моря взглядом человека, под ногами которого земля не тверда — качается, тает и плывет, — смотрел, вдыхая соленый воздух, и пьянел,
становясь рассеянным,
ленивым, непослушным, как всегда бывает с тем, кого море очаровало и зовет, с тем, кто влюбился душою в море…
Он умел легко заговаривать и разговаривать, везде сразу
становился центром внимания и
ленивым, серьезным голосом ронял остроты, от которых все смеялись.
Между тем черное оконце над яслями, до сих пор невидимое,
стало сереть и слабо выделяться в темноте. Лошади жевали
ленивее, и одна за другою вздыхали тяжело и мягко. На дворе закричал петух знакомым криком, звонким, бодрым и резким, как труба. И еще долго и далеко кругом разливалось в разных местах, не прекращаясь, очередное пение других петухов.
Лучше этой жизни ни Дон-Кихот, ни его Пансо выдумать себе не могли:
ленивый к богомолению Зинка столь был им восхищен, что
стал даже усердно славить бога и молиться, чтоб это как можно долее не кончилось.
«Суховат», — думал Артамонов и утешал себя тем, что Илья выгодно не похож на крикливого болтуна Горицветова, на вялого,
ленивого Якова и на Мирона, который, быстро теряя юношеское, говорил книжно,
становился заносчив и похож на чиновника, который знает, что на каждый случай жизни в книгах есть свой, строгий закон.
Художественно
ленивый и нервный Истомин
стал еще нервнее, беспечней и
ленивей.
Евсей молча кивнул головой, соглашаясь со словами Раисы. Она вздохнула, посмотрела из окна на улицу, и, когда снова обернулась к Евсею, лицо её удивило его — оно было красное, глаза
стали меньше, темнее. Женщина сказала
ленивым и глухим голосом...
Он говорил о том, как много приходится работать, когда хочешь
стать образцовым сельским хозяином. А я думал: какой это тяжелый и
ленивый малый! Он, когда говорил о чем-нибудь серьезно, то с напряжением тянул «э-э-э-э» и работал так же, как говорил, — медленно, всегда опаздывая, пропуская сроки. В его деловитость я плохо верил уже потому, что письма, которые я поручал ему отправлять на почту, он по целым неделям таскал у себя в кармане.
Ленивый, вялый и беспечный Сафроныч как
стал, так и стоял на своем, что он ни за что не сойдет с места до конца контракта, — и суды, признавая его в праве на такую настойчивость, не могли ему ничего сделать.
Будучи послан раз в город на подторжье, он ехал верхом на очень
ленивой и упрямой лошади. Зная такой нрав своего коня, Савка взял с собою на всякий случай потихоньку хорошее березовое полено, которым надеялся запечатлеть сувенир в бока своего меланхолического буцефала. Кое-что в этом роде он и успел уже сделать и настолько переломить характер своего коня, что тот, потеряв терпение,
стал понемножку припрыгивать.
Потом, уставши, они
стали браниться
ленивее, с большими перерывами, подобно тому как ворчат, постепенно затихая, но все-таки огрызаясь время от времени, окончившие драку собаки.
Покоя рабского под сенью
Плодов златых не возрастет;
Где все ума претит стремленью,
Великость там не прозябет.
Там нивы запустеют тучны,
Коса и серп там несподручны,
В сохе уснет
ленивый вол,
Блестящий меч померкнет славы,
Минервин храм
стал обветшалый,
Коварства сеть простерлась в дол.
Ольга Михайловна
стала глядеть в щель между двумя хворостинами. Она увидала своего мужа Петра Дмитрича и гостью Любочку Шеллер, семнадцатилетнюю девочку, недавно кончившую в институте. Петр Дмитрич, со шляпой на затылке, томный и
ленивый оттого, что много пил за обедом, вразвалку ходил около плетня и ногой сгребал в кучу сено; Любочка, розовая от жары и, как всегда, хорошенькая, стояла, заложив руки назад, и следила за
ленивыми движениями его большого красивого тела.
Мне
стало не по себе. Лампа висела сзади нас и выше, тени наши лежали на полу, у ног. Иногда хозяин вскидывал голову вверх, желтый свет обливал ему лицо, нос удлинялся тенью, под глаза ложились черные пятна, — толстое лицо
становилось кошмарным. Справа от нас, в стене, почти в уровень с нашими головами было окно — сквозь пыльные стекла я видел только синее небо и кучку желтых звезд, мелких, как горох. Храпел пекарь, человек
ленивый и тупой, шуршали тараканы, скреблись мыши.
Исправник, «из хохлов», человек в высшей степени флегматичный и
ленивый, не
стал с нами спорить или изобретать способы мщения.
Дело было глубокою осенью. Старик сидел и удил. Лицо его было так же мрачно, как и пожелтевшая верба: он не любил осени. Лицо его
стало еще мрачней, когда он увидел возле себя ямщика. Ямщик, не замечая его, подошел к вербе и сунул в дупло руку. Пчелы, мокрые и
ленивые, поползли по его рукаву. Пошарив немного, он побледнел, а через час сидел над рекой и бессмысленно глядел в воду.
Докторша не отвечала. Брат поглядел вслед на ее рыжий ватерпруф, на покачивания ее
стана от
ленивой походки, насильно вздохнул, но не возбудил в себе чувства жалости. Сестра была для него уже чужой. Да и он был чужд для нее. По крайней мере, она ни разу не оглянулась.
— А разве теперь не хорошо? Ей-Богу, хорошо! — возразил кому-то капитан и в доказательство, что ему хорошо, выпил еще рюмку водки, но к печке присаживаться не
стал. Ходить по комнате оказалось разумнее. Мысли пришли обычные, спокойные,
ленивые — о том, что жид Абрамка поручику Ильину лакированные сапоги испортил; о том, сколько он будет получать денег, когда будет ротным командиром, и что казначей хороший человек, даром что поляк.